Ольга Беговатова: Я приехала в Москву проектировать родную Казань

Круг интересов Ольги Беговатовой, главного архитектора проекта архитектурно-планировочного объединения территориального развития Института Генплана Москвы не ограничен интересами профессиональными. Она увлеченно разбирается в хитросплетениях градостроительного законодательства, работает над проектами градостроительных документов, которые определят будущее российских городов, наблюдает за птицами в московских парках, коллекционирует детские книги, пишет акварелью.  

Расскажите, пожалуйста, где вы учились?

Мое образование началось в Казанском государственном архитектурно-строительном университете на факультете архитектуры, я защитила диплом по теме: «Дом-коммуна на улице Московская» на кафедре Теории и истории архитектуры. Во время подготовки дипломного проекта меня особо занимало не столько его стилистическо-архитектурное решение, сколько то, какое место это здание (фактически это был небольшой квартал) будет занимать в городской жизни. Тогда я только познакомилась с концепцией устойчивого развития и загорелась идеей соединить в одном здании подходы проектирования советских домов-коммун с современными возможностями экономической автономности жилого дома.

В процессе разработки проекта я поняла, что архитектура сама по себе меня не вдохновляет так, как организация городских пространств. Хотелось большего масштаба, чем план земельного участка. Я решила продолжить профессиональное обучение, но уже с градостроительным уклоном. Думала и про Европу, но сначала хотела рассмотреть российские предложения. Их на тот момент оказалось два: Высшая школа урбанистики им. А.А. Высоковского (ВШУ) и Национальный исследовательский университет информационных технологий, механики и оптики (Университет ИТМО). Я поступила в оба вуза и, надо признаться, выбрать между ними было нелегко. В итоге поехала в Санкт-Петербург в НИУ ИТМО на магистерскую программу «Дизайн городских экосистем».

Потом не жалели об этом выборе?

Я часто ловила себя на этой мысли: правильный ли сделала тогда выбор? Но, думаю, такой широты взглядов на урбанистический мир все же не получила бы больше нигде в России. И, конечно, особой радостью были знакомства с потрясающими людьми из разных уголков мира. Именно там я познакомилась с моим первым работодателем в градостроительной сфере и моим научным руководителем, куратором нашей магистерской программы Яной Голубевой (директор MLA+ в Санкт-Петербурге и Москве). В составе ее команды я приняла участие в нескольких проектах планировки территорий в России и Германии, а также в ряде конкурсных проектов, в том числе в конкурсе «Сердце города» в Калининграде (работа проходила международной командой в Роттердаме).

Минусом обучения стало для меня лишь то, что в рамках программы мало внимания уделялось теме российского законодательства о градостроительной деятельности. А именно эта тема привлекла мое внимание настолько, что я посвятила этому свою магистерскую работу («Совершенствование механизмов законодательного, нормативного и иных видов регулирования для развития российских городов на примере г. Казань»). Я увлеклась изучением множеств невероятно разнообразных ограничительных факторов, того, как они влияют на развитие современного города. Особенно любопытными для меня стали градостроительные регламенты в составе Правил землепользования и застройки. Вопрос, который не дает мне спать по ночам до сих пор: можно ли зарегулировать идеальный город?

Что привело вас в Институт Генплана Москвы?

Я очень люблю эту историю, она резко изменила мою жизнь и задала ей новый неожиданный вектор. После магистратуры я вернулась в Казань, вдохновленная желанием делать свой город лучше, но в тот момент вакансий в городском управлении не оказалось. А потом, помогая подруге писать заметку о градостроительной документации Казани, увидела новость, что Институт Генплана Москвы возьмется за разработку ПЗЗ Казани, и отправила свое резюме. Так теперь и рассказываю знакомым: я приехала в Москву проектировать родную Казань.

Какими из проектов, которыми занимались в Институте, гордитесь и почему?

За годы работы в Институте мне удалось поучаствовать в работе над проектами планировки территорий, местных нормативов градостроительного проектирования, региональных нормативов градостроительного проектирования, правил землепользования и застройки, генеральных планов, внесений изменений и разработки федеральных СП, несколько научно-исследовательских работ. Только схемы территориального планирования обошли меня стороной. Каждая из этих работ позволила мне погрузиться в тему методических особенностей разработки такого типа документов.

Конечно, флагманский проект моей карьеры в Институте – Генеральный план Казани. С ним я с моего первого дня в Генплане и по сей день. Долгосрочное стратегическое планирование – не самая моя любимая тема, но благодаря участию в этом проекте мне открылись, пожалуй, все стороны градостроительной жизни города-миллионника. Это был, безусловно, сложный проект для всех участвующих сторон: решались тысячи конфликтов и находились компромиссы (одни публичные слушания в 12 точках города чего стоили), федеральное законодательство в процессе менялось чаще, чем мы успевали завершать этапы проекта. Но могу с уверенностью сказать, что это было крайне увлекательно!

Для Казани, помимо ПЗЗ и Генплана, нашей командой были также разработаны местные нормативы градостроительного проектирования. Одновременная разработка ключевых документов городского развития позволяет применить единый методический подход и сделать документы взаимосвязанными и наиболее эффективными. Теперь мы разрабатываем аналогичный комплект документов для г. Уфа.

Над какими проектами вы в настоящий момент работаете?

Сейчас мы, наконец, выводим на финишную прямую проект Правил землепользования и застройки г. Казани, шлифуем с заказчиком итоговый вариант перед общественными обсуждениями. Полным ходом идет разработка ПЗЗ и Генплана города Уфы. Очень любопытно изучать и корректировать подходы к градостроительному регулированию двух столиц национальных республик.

Что является предметом вашего особого профессионального интереса?

Мой главный профессиональный интерес – Правила землепользования и застройки (ПЗЗ), а чем дольше работаю, чем больше ощущаю, что наиболее интересной для меня становится аналитическая составляющая разработки документов. Какие подходы используются для регулирования городских территорий в разных городах? А в разных компаниях? А в разных странах? В чем преимущества тех или иных подходов? В дальнейшем хотелось бы еще больше сфокусироваться на аналитической деятельности, опубликовать ряд научных статей.

На данный момент Институт участвует в корректировке градостроительного законодательства – множество положений федеральных документов содержат противоречия или невыполнимые требования. Поиски решений для таких проблем, совершенствование законодательной базы – на удивление увлекательное занятие (чего я, конечно, совсем не ожидала, учась на архитектора).   Мне хотелось бы больше времени уделять этому, заниматься такой работой активнее.

А преподавательская деятельность вас не привлекает? Не хотелось бы получить и такой опыт? 

Я действительно люблю преподавать, когда-то давно начинала с кружков ИЗО в детских садах. Поэтому когда три года назад возникла острая внутренняя необходимость поделиться накопленными за время работы в Институте опытом и знаниями, так много их оказалось, я начала преподавать на той же магистерской программе, которую окончила (теперь она проходит в рамках Института дизайна и урбанистики в НИУ ИТМО). Разработала курс лекций, которых мне самой когда-то очень не хватило. Сдобрила курс большим количеством практических заданий, даже подготовила ролевую игру по публичным слушаниям (на основе материалов ИТП «ГРАД»). Это был захватывающий челленж, который помог структурировать и проверить свои знания. В этом году я доработала курс и запустила его на платформе openedu.ru (Национальная платформа открытого образования).

Есть ли у вас профессиональные кумиры?

В профессии меня особо вдохновляют люди, не теряющие надежды. Те, кто верит, что у нас, вот именно у нас с вами, получится что-то изменить. В нашем Институте для меня таким человеком является начальник АПМ №4 Максим Сергеевич Викулин. Что бы ни происходило, насколько бы ни был тернист путь проекта, какие бы невообразимые городские конфликты не стояли на пути, он всегда способен видеть большую и светлую цель. Он уверен, что наша работа приносит пользу городам, пусть и не всегда в итоге выходит так, как мы планировали. Это очень заразительно и вызывает серьезную зависимость, от таких начальников не хочется уходить.

Хотелось бы еще отметить Олега Дмитриевича Григорьева, с которым мы проходим через невероятную эпопею казанских проектов. Это уникальный специалист, который может держать в голове проекты чуть ли не по всей России. Он видит полный жизненный цикл документа, зная при этом его самые тонкие детали. Год за годом не устаю восхищаться его профессионализмом.

Я бы хотела сказать и про бойцов старой градостроительной «гвардии», которые вдохновляли и вели меня раньше: Э. Трутнев, В. Глазычев, А. Высоковский и другие. Однако теперь на замену вдохновению пришли признательность и уважение, но также и понимание, что теперь за нами градостроительное будущее России.

Что вдохновляет в свободное от работы время? Есть ли у вас какое-то хобби, увлечение?

Думаю, как бы ни были велики и грандиозны наши профессиональные цели, жизнь не должна проходить мимо, пока мы пытаемся спасти мир. В моем сердце есть несколько особых увлечений, которые помогают мне сохранять work-life balance. Несколько лет назад я увлеклась птицами и присоединилась к масштабному сообществу бердвотчеров. Наблюдать за этими маленькими (а иногда и большими!) перьевыми комочками невероятно увлекательно, а когда начинаешь их «узнавать в лицо» – еще радостнее. Я часто хожу по паркам Москвы с биноклем, надеясь заметить птицу, какой прежде не встречала – весьма азартное занятие.

Еще одно хобби – коллекционирование детских книг. Меня интересуют всевозможные виды: от иллюстрированных изданий для самых маленьких до подростковой литературы (young adult), где с подрастающим поколением обсуждаются сложные остросоциальные вопросы. Кроме того, от архитектурного института мне досталась любовь к акварели. С тех пор я перепробовала множество материалов, но именно текущая по бумаге вода и переливы цветов дают мне чувство внутреннего спокойствия. Мечтаю освоить китайскую живопись и нарисовать какой-нибудь монументальный бамбуковый лес во всю стену.

Есть ли у вас девиз или правило, с которым идете по жизни?

Слушать себя и не откладывать жизнь на потом. Это сложно, страшно и, конечно, не всегда получается. Но я считаю, что к такому подходу действительно стоит стремиться.

Все статьи по теме
9 мин.

Похожие